Ассоциация
Журнал НЭА
Главная
Новости
Круглые столы
Российские экономические журналы: наукометрия, ранжирование
Отчеты
Реквизиты
Октябрьская международная научная конференция по проблемам теоретической экономики
2024 год
2023 год
2022 год
2021 год
2020 год
2019 год
Прием статей
Публикационная этика
Регистрация статей
Правила для авторов
Премии Журнала НЭА
Положение о премиях
Организационный комитет
Номинанты
Лауреаты
Органы управления
Порядок формирования
Правление
Редколлегия
Редакционный совет
Международный консультативный совет
Попечительский совет
Целевой капитал
Список жертвователей
Совет по использованию целевого капитала
Способы перечисления средств
Подписка
Подписка на журнал
Спонсоры
Прием пожертвований
Наши спонсоры



Банк «Открытие»



11.04.2023

XXIV ЯМНК: Воронка для талантов: как сотрудничать бизнесу и университетам в образовании и науке

Ведущие компании сегодня нуждаются в выпускниках, которые уже в момент старта трудовой деятельности могли бы решать практические задачи и иметь реальные компетенции. Кроме того, компании часто имеют собственные крупные научно-исследовательские центры, например по обработке больших данных. Университеты нашей страны служат для таких компаний поставщиком готовых кадров и часто являются партнерами в создании широкого спектра R&D-продуктов. Тем не менее вузов, которые готовы сотрудничать с компаниями по разработке R&D, единицы, а в спросе на сильных выпускников наблюдается конкуренция. Как можно увеличить число студентов, которые готовы вовлекаться в решение прикладных исследовательских и бизнес-задач корпораций и имеют возможность бесшовного перехода от учебы к работе? Это возможно при популяризации концепции STEM-образования. Что такое STEM, где консенсус между научными и бизнес-задачами, а также другие вопросы обсуждались на пленарной сессии «Наука и бизнес: новые тренды», прошедшей в рамках XXIV Ясинской (Апрельской) международной научной конференции.

 

В работе сессии приняли участие эксперты, отвечающие за науку и образование в НИУ ВШЭ и МФТИ, научный руководитель Вышки Ярослав Кузьминов и председатель правления Тинькофф Банка Станислав Близнюк.

 

Ярослав Кузьминов, открывая дискуссию, отметил, что бизнес обращается к университетам прежде всего как к источнику кадров и держателю интеллектуальных продуктов. Впрочем, до недавнего времени компании в массе своей не рассматривали российские вузы как R&D-центры, поскольку для них не представляло сложности купить на рынке готовую технологию, коробочный продукт. Инженер постепенно превращался в техника, который был заточен на решение единственной задачи.

 

 «Сейчас происходит объективный ренессанс университетской науки, инжиниринга. Надо адаптировать, развивать, делать обратный инжиниринг, реинжиниринг, отбирать новые технологии, компилировать их между собой. И это затрагивает все компании, буквально каждый крупный бизнес стоит перед необходимостью что-то развивать, иметь свой R&D, свой инжиниринг. Тем не менее вне НИИ и университетов пока нет такого потенциала», — полагает он.

 

Кроме того, для бизнеса важно сотрудничать с вузами и с репутационной точки зрения. Может ли быть сотрудничество бизнеса и университетов более глубоким? Насколько жизнеспособна STEM-концепция? На эту тему Ярослав Кузьминов предложил высказаться Станиславу Близнюку. Глава «Тинькофф» подчеркнул, что сегодня компания по факту не является просто банком или корпорацией, а представляет собой IT-компанию и научно-исследовательский центр, и ключевую стоимость бизнеса «Тинькофф» создают новые технологии, инновации, молодые продвинутые кадры.

 

«Одна из “похожестей” между успешным бизнесом и наукой — это то, что всегда нужно искать свой путь развития, создавать какие-то мутации, которые приводят либо в тупик, либо к следующей ступени развития. Не надо бояться мутаций, не надо бояться экспериментировать, не надо бояться свободы», — подчеркнул он.

 

Станислав Близнюк рассказал, что с самого начала его компания ориентировалась на то, чтобы привлекать к себе умных молодых людей, которые хотят создавать что-то новое, но и не боятся ошибаться. «Этот подход сохраняется у нас до сих пор. Для трети наших сотрудников “Тинькофф” — первое место работы. Для поддержки этого мы ведем большую работу с вузами, создаем там свои кафедры, лаборатории, программы и так далее», — говорит он.

 

Тем не менее поиск лучших специалистов в дальнейшем будет все более сложным. Спрос на квалифицированные кадры, которые обладают сложными компетенциями, уже сейчас превышает предложение. Учитывая сегодняшние тренды, потребность в таких работниках будет и дальше возрастать. «Чтобы выигрывать конкуренцию за кадры, нужно значительно расширять воронку, которая будет “засасывать” их. Нужно начинать работать с людьми как можно раньше», — полагает Станислав Близнюк. Для этого бизнес должен идти в вузы, расширяя там свое присутствие, увеличивая объемы решения студентами прикладных задач. Возможен и путь создания новых STEM-университетов.

 

При этом глава «Тинькофф» подчеркивает, что компания работает здесь не только на себя, но и на всю отрасль. Интересы бизнеса и образования в этом случае совпадают, ведь как университет, так и современная компания нацелены на развитие человеческого капитала. «Мы выращиваем специалиста не для себя, а для отрасли. Человеческий капитал потребуется всем, и мы не хотим навязывать себя как единственное место работы, хотя и будем точкой первого выбора. Мы будем довольны тем, что к нам пойдут 20–30%», — отметил Станислав Близнюк.

 

«Мы хотим поддерживать науку, формировать научное сообщество, исследовательское направление», — говорит Станислав Близнюк. Это поможет формировать тот кадровый потенциал вузов, который потом будет готовить специалистов, востребованных на рынке. При этом глава «Тинькофф» полагает, что университет может быть окупаемым проектом в краткосрочной перспективе. Ярослав Кузьминов дополнил, что проблема окупаемости зависит от того, насколько человек верит в то, что вернет вложенные средства.

 

Тем не менее окупаемость — не единственный среди важных критериев. Еще одним, не менее значительным, можно назвать доступность образования. Станислав Близнюк считает развитие и изменение системы образовательного кредита ключевым моментом для повышения доступности образования. Этот инструмент, подчеркнул глава «Тинькофф», при наличии относительно невысокой процентной ставки будет лучше мотивировать ребят хорошо учиться и строить успешную карьеру, накапливать человеческий капитал. Бесплатное образование, по мнению Станислава Близнюка, с мотивационной задачей справляется хуже.

 

Ярослав Кузьминов поддержал идею необходимости расширения использования образовательного кредита и модель работы не только на себя, но и на отрасль, поскольку для вуза поддержка собственной репутации — такой же важный критерий успеха, как для компании доход. «Такого рода модель — работать на рынок, а не только на себя — освоена Высшей школой экономики», — отметил он, приведя в пример Лицей НИУ ВШЭ, выпускники которого идут учиться далее не только в Вышку, но и в другие вузы. При этом образовательный кредит научрук Вышки сравнил с ипотекой: и то и другое — это инвестиции в будущее, при этом вложение в образование не менее важно, чем покупка жилья.

 

«В моем понимании ипотека — это не кредит, это способ пенсионных накоплений для людей среднего возраста. Образовательный кредит — это способ накопления первоначального человеческого капитала для молодых людей», — добавил Станислав Близнюк.

 

Говоря о бюджетной и небюджетной моделях образования, нельзя упускать из вида вопросы социального неравенства. Директор Института образования ВШЭ Евгений Терентьев считает, что образование высокого качества менее доступно для семей с низким социально-экономическим капиталом, оно концентрируется в регионах с высоким уровнем развития. Согласно исследованиям Института образования, использование исключительно кредитной модели образования может в краткосрочном периоде усиливать неравенство приема в вузы, поэтому важно подходить к вопросу сбалансированно.

Участники дискуссии также сошлись на мнении о том, что обсуждение проблемы образовательного кредита нуждается в проведении отдельного круглого стола в рамках Конференции.

 

Нельзя забывать и о том, что значительная часть студентов идет в вузы не только в расчете на получение специальности, которая позволит рассчитывать в будущем на высокую зарплату, но и ради того, чтобы реализовать свой творческий и научный потенциал, и это надо учитывать бизнесу, полагает Ярослав Кузьминов. «В исследовательских вузах студенты часто ориентируются на то, что им интересно, а не на то, что им принесет доход», — подчеркнул он. Евгений Терентьев в этой связи добавил, что Институт образования запустил лонгитюдное исследование, по результатам которого стало понятно, что среди тех, кто приходит в ведущие вузы, больше всего тех, кто приходит с рациональной мотивацией. 40% студентов приходит из интереса, и это трансформационная модель поведения, то есть люди, приходя учиться, хотят изменить мир.

 

Несмотря на то что спрос бизнеса на продукты и кадры университетов велик, в России не так много компаний, которые умеют работать с вузами, считает Иван Аржанцев, декан факультета компьютерных наук ВШЭ, созданного в Вышке при поддержке «Яндекса». «Тинькофф» — одна из таких компаний, которые понимают, как работать с университетами, подчеркнул декан. На его взгляд, эту тенденцию необходимо поддерживать, преодолевая сложности при выстраивании сотрудничества между университетами и бизнесом в научной сфере. Уже сейчас нужно искать новые механизмы такого взаимодействия.

 

Ярослав Кузьминов отметил, что успешная модель интеграции университета и бизнеса строится на том, что бизнес ставит перед студентами и выпускниками креативные задачи, постоянно расширяет собственные горизонты и направления работы, осваивает новые рынки и новые виды бизнеса, в ином случае у студентов и выпускников не будет достаточной мотивации присоединяться к корпорации.

 

О взаимодействии вузов и компаний высказался также проректор МФТИ Григорий Андрущак. Индустриальными партнерами вузов до недавнего времени становился очень ограниченный круг рыночных игроков, таких как те же «Яндекс», «Тинькофф», Сбер и др. Тем не менее сегодня, когда в стране взят курс на обеспечение технологического суверенитета, университеты начали работать с более широким сектором предприятий, отметил он. «Появился очень большой запрос на исследования и разработки. Мы в Физтехе, кажется, нащупали модель взаимодействия и с компаниями, у которых длинный жизненный цикл производства продукции. Мы ведем разработку конкретных решений в их интересах и идем с ними на кооперацию вдолгую. Связь с образованием состоит в том, что мы фактически формируем команду, которая частично переходит на работу на эти предприятия, частично остается в университете, чтобы учить следующее поколение студентов», — рассказал Григорий Андрущак.

 

При этом он отмечает разницу в культурах классических университетов и рыночных структур. Это, в частности, проявляется в разной скорости жизни: бизнес быстрее реагирует на конъюнктуру. «У тех, кто попадает к лидерам рынка как компаниям первого выбора, часто пути назад нет. Для нас как для вуза это вызов», — считает Григорий Андрущак.

 

Его коллега, советник ректора МФТИ Александр Повалко, также согласился с тем, что кадровая воронка, о которой говорил Станислав Близнюк, сужает возможности выбора студентами своих карьерных и образовательных траекторий. «Воронка — это способ привязать человека, так же как и кредит», — полагает он. Идея искусственно построить университет нового типа сравнима с идей проектирования искусственного языка: «сделать можно, но пользоваться этим не будут», рассуждает Александр Повалко.

Попытки построить STEM-университет предпринимались неоднократно, но, как правило, успешные проекты затем трансформировались в классические вузы, включающие в себя также гуманитарные и общественные науки. «Причина этого в том, что математика, компьютерные, инженерные науки учат делать алгоритмические выводы, а гуманитарные и общественные науки учат задавать вопросы, в том числе те, что лежат на стыке образования, науки и бизнеса. Собственно, превращение STEM-университетов в классические связано в том числе с сотрудничеством с бизнесом», — в свою очередь отметил проректор ВШЭ Дмитрий Дагаев. При этом при такой трансформации остро встает вопрос поиска преподавательских кадров.

 

«Если мы выбросим из преподавания культурно-эмоциональный блок, то получим мало креативных людей», — поддержал его Ярослав Кузьминов. Он уточнил, что кадровый вопрос в вузах можно решать комплексно — привлекая людей из бизнеса.

 

Выпускница, преподаватель и аспирант ВШЭ Екатерина Кручинская, участвовавшая в реализации крупных коммерческих проектов, уверена, что многие люди, имеющие опыт работы в бизнесе, готовы преподавать. «Это происходит, конечно, не по причине коммерческого интереса, а потому, что люди хотят реализовывать университетскую миссию, которой они вдохновились еще в студенческое время», — отметила она. В Вышку за преподаванием возвращаются многие выпускники. Так происходит потому, что они считают, что передавать свои знания, помноженные на бизнес-опыт, молодому поколению — это ключ к тому, чтобы даже самые сложные бизнес-задачи, часто лишенные элемента творчества, можно было решать с вдохновением от общения с молодым поколением и показывать студентам, как можно успешно реализовывать университетские навыки.

 



Вернуться к оглавлению
© НОВАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ АССОЦИАЦИЯ (New Economic Association)
При любом использовании материалов ссылка на сайт обязательна.
Последнее обновление cайта - 23.05.2024

Контакты